Джеффри Уоттлз. август 2005

Предвосхищая школы мысли в обительских мирах, посмотрим, какие имплицитные и эксплицитные уроки содержатся в Книге Урантии, причем сделаем это более или менее в хронологическом порядке.
1. Первый урок мысли обнаруживается в первом документе сразу же вслед за предложением, знакомящим со Всеобщим Отцом: «Всеобщий Отец является Богом всего творения, Первым Источником и Центром всех вещей и существ. Думайте о Боге прежде всего как о создателе, затем — как о властителе и только потом — как о бесконечном вседержителе». Таким образом, мышление происходит в личностном контексте: это деятельность сынов и дочерей Бога.
Внимательное, неторопливое чтение позволяет выполнять раскрываемые требования. Божественный Советник является советником Бога. Что открываете вы, погружаясь в глубины этого урока мысли? Поверьте, двадцать минут периодических размышлений о смысле этой последовательности принесут вам огромное удовлетворение. В кратком очерке на столь широкую тему я неспособен процитировать любимые отрывки, высвечивающие значение создателя, властителя и вседержителя; но я полагаю, что, поразмыслив об этом уроке, мы могли бы прийти к следующим идеям. Созидательные акты Отца характеризуются целью и сотрудничеством; Он не предпринимает чего-либо без основательного плана, причем эта выражаемая в слове и деле мысль претворяется через взаимодействие. Точно так же, Творец не выбрасывает энергию, разум и дух, не структурировав их в соответствии с принципами, отражающими его совершенное управление. Его любвеобильное руководство, внутреннее и внешнее, ведет нас по увлекательному пути духовного роста, рециркулирует все, что окончательно и бесповоротно сопротивляется прогрессу, и поддерживает нас благодаря сохранению и превосходству добродетели.
2. Следующий важный урок мысли – раздел «Божественная истина и красота» (42). Сначала нам нужно искренне признать относительность истины. Хотя «законы и повеления, мысли и отношения Первого Великого Источника и Центра вечно, бесконечно и универсально истинны», божественная истина адаптируется по-разному.
«Любое конечное знание и понимание создания относительны. Информация и сведения, добытые даже из высших источников, обладают только относительной полнотой, локальной точностью и индивидуальной истинностью.
Физические факты сравнительно однородны, однако истина — это живой и пластичный фактор философии вселенной. В своем общении друг с другом эволюционирующие личности обнаруживают только частичную мудрость и относительную истинность. Они могут быть уверены только в пределах своего личного опыта» (42:2-3).
Как решают эту проблему Всеобщие Миротворцы? Они «совместно выражают сорок девять эмпирических подходов, или постижений, каждое из которых охватывает только один аспект, то есть является неполным, но которые в совокупности взаимно дополняют друг друга и, в тенденции, охватывают круг Верховности» (275:4).
Признание того факта, что наше понимание является частичным и несовершенным, не может служить оправданием узколобости. Ошибка абстрагирования заключается в «фокусировании... внимания на каком-то одном аспекте реальности и провозглашении этого изолированного аспекта всей истиной» (42:6). (Такая ошибка иллюстрируется редукционизмом, ложно объясняющим высшее в терминах низшего.) Интересно, что средством решения этой проблемы становится обращение к первому уроку мысли: «...искать скрывающийся за всяким космическим феноменом и предшествующий ему творческий замысел» (42:6).
Целью наших усилий, направленных на восполнение ограниченности нашего подхода является осознание истины в ее полноте: «Истина прекрасна, ибо она одновременно полна и симметрична» (42:5). До те пор, пока восприятие истины не будет включать осознание ее красоты, оно будет оставаться неполным. Подумайте, какие аспекты реальности должны быть охвачены и сбалансированы, чтобы достигнуть полноты и симметрии!
Есть еще два теста на истинность: один использует логику философии, другой является духовно-интуитивным:
«Разумное самосознание способно обнаружить красоту истины, ее духовное качество, не только по философской состоятельности ее представлений; с еще большей уверенностью и успехом этого можно добиться, неукоснительно следуя неизменному Духу Истины. Счастье — результат способности видеть истину, ибо истину можно претворить в жизнь; ее можно прожить. Разочарование и сожаление — удел заблуждения, ибо, не будучи реальностью, его невозможно воплотить в опыте. Божественная истина отличается прежде всего своим ароматом духовности» (42:7).
Этот раздел завершается призывом к созданию новой парадигмы мышления – философии жизни, сосредоточенной на «расширенных и безупречно интегрированных современных представлениях о космической истине, вселенской красоте и божественной добродетели». Я не буду углубляться в этот проект здесь, поскольку я занимаюсь им в другом формате.
3. Мышление – это деятельность разума, а моделью разума является абсолютный разум Бесконечного Духа:
«Первый акт Бесконечного Духа — изучение и признание своих божественных родителей: Отца-Отца и Мать-Сына. Он, Дух, безусловно идентифицирует каждого из них. Он полностью осознает раздельность их личностей, их бесконечные атрибуты, а также их объединенную природу и единую функцию. После этого, несмотря на свое равноправие с Первым и Вторым Лицами, Третье Лицо Божества добровольно, с трансцендентальной готовностью и воодушевляющей непосредственностью дает обет вечной верности Богу-Отцу и признает извечную зависимость от Бога-Сына» (90:6).
Как, в своем мышлении, мы можем опираться на действия Бесконечного Духа? Этот абзац может означать, что мы способны руководить своей интеллектуальной жизнью таким образом, чтобы она просвещалась поклонением, посвященная исполнению воли Отца. После этого Совместный Вершитель продолжает цикл действий сотворением Хавоны. Как, в своих действиях, мы можем опираться на это творческое достижение? В формирующемся пространственно-временном мире мы способны брать на себя обязательства перед Высшим: «В эволюционном космосе энергия-вещество доминирует во всём, кроме личности, к господству в которой, через посредство разума, стремится дух» (140:8). Мы способны благотворно трудиться для того, чтобы подчинить различные энергии нашего тела и физическую энергию этого мира духовной цели. Ниже дана схема пространственно-временного выражения Райской модели:

Отражение модели абсолютного разума в сверхвселенных и локальных вселенных

Разум – это «способность знать и быть познанным» (78:5). «В эволюционном космосе энергия-вещество доминирует во всём, кроме личности, к господству в которой, через посредство разума, стремится дух» (140:10; смотрите два последних раздела документа 12). «Разум преобразует духовные ценности в интеллектуальные значения» (102:6). «Разум — это метод, посредством которого духовные реальности становятся эмпирическими для личностей созданий» (140:5). Наш разум ограничен (1:2), но надежда не утрачена (289:2), и нам рекомендуют развивать творческое мышление и воображение (330:2).
4. Я хотел бы подчеркнуть, что следующий урок имеет имплицитный, а не эксплицитный характер. Нам предлагают поразмышлять о раскрытии божественных атрибутов, осуществленных Иисусом (89:5). Что такое «размышлять»? В том смысле, в котором это слово употребляют авторы – это значит обдумывать, вдумываться, позволяя душе прикоснуться к истине. Это не медитация, означающая тяготение разума к подсознательному, или использование состояния, подобного трансу. В некоторых случаях апостолы размышляли, обдумывая только что услышанные слова Иисуса. «Пусть возвышенное знание земной жизни Иисуса Назарянина проникнет в ваши сердца...» (228:5). Такая «медитация» не имеет отношения к мистицизму.
5. Целый ряд уроков мысли дан в разделе о космическом разуме, где рассказывается о возможностях разума в отношении причинности, долга и поклонения. Сначала обратите внимание на динамику в описании каждой способности – например, в первом описании, где содержание расширяется от чувственного восприятия к физике.
«Причинность — область реальности, включающая физические чувства, логически однородные сферы науки, разграничение фактического и нефактического, умозаключения, основанные на космической реакции. Это — математическая форма космической проницательности» (192:2).
В своем шедевре «Проницательность: исследование человеческого понимания» Бернард Лонерган отмечает, что развитое мышление проходит через три фазы: опыт, понимание и суждение. Мы склонны быть слишком пассивны в мышлении, неспособны толковать и формулировать определенные выводы, основанные на собственном опыте. Быть более активными мыслителями – идеал, подразумеваемый характером описания проницательности космического разума.
Во-вторых, обратите внимание на то, что три этих интуиции космического разума называются априорными допущениями, которые делают возможным опыт (терминология и концепция заимствованы из философии Эммануила Канта). Существуют настолько элементарные виды проницательности, что их невозможно доказать. Утверждать такую проницательность – это значит формулировать аксиому. Любая попытка доказательства либо использует слишком много допущений, либо слишком мало доказывает. Для правильно настроенного разума, проницательность самоочевидна. Более того: она предполагает стремление исследовать область, приоткрытую утверждением. Те, кто отрицает проницательность, могут пытаться опровергнуть ее, хотя и такие попытки либо используют слишком много допущений, либо слишком мало доказывают.
В-третьих, интеграция этих трех интуиций проста в теории; однако что свойственно нам более: исполнять свои обязанности, сгибаясь под их тяжестью, или не заботиться о последствиях своих действий? Скорее, действия в сфере фактов (причинность) должны согласовываться с нашими обязанностями, а выполнение обязанностей должно мотивироваться любовью. Каждое действие – это микрокосм нашего вклада в Высшее Существо, реорганизующее материальную реальность в свете духовной цели.
6. Другой важный урок мысли состоит в том, что «истинная перспектива любой проблемы, связанной с реальностью,.. открывается только в результате исчерпывающего и непредвзятого исследования и сопоставления трех стадий вселенской реальности: происхождения, истории и предназначения» (215:3). Этот урок дает ключ к интегрированию науки (описывающей конечную историю) с религией (описывающей происхождение и предназначение).
7. Один из важнейших уроков мысли относится к социальному аспекту: мы должны стать «достаточно разумными и терпимыми, чтобы предотвращать столкновение умов и войну мнений» (278:3). «Чем выше образованность создания, тем больше уважения оно проявляет к знанию, опыту и мнению других» (278:3). Многие из проблем, связанных с нашим коллективным мышлением, проистекают из трудностей следующего свойства: «Часто, слишком часто вы вредите своему разуму неискренностью, ожесточаете неправедными помыслами; вы подвергаете его животному страху и терзаете ненужным беспокойством» (103:6). Обратите внимание на то, что стремление к знаниям и мудрости в эпоху философии и братства соответствует средней стадии прогрессивной цивилизации (577), в то время как «обучение становится добровольным» в пятом обительском мире (537:5). Претворение социального братства в нашем сегодняшнем мире во многом зависит от достижения личных преобразований и планетарных приспособлений, включая интеллектуальное взаимообогащение: «Каждая раса должна познакомиться с образом мысли других рас» (597:5).
8. Мышление, чувства и практическая деятельность соотносятся с истиной, красотой и добродетелью. Истинное выражение души будет неполным без личностной интеграции этих ценностей (507#7). Если мы сосредоточимся на истине в кульминационном разделе второй части – «Истина, красота и добродетель» 646-48) , – мы обнаружим несколько жемчужин, дающих пищу для размышления. Обратите внимание на совмещение интеллектуального и духовного аспектов в следующих учениях:

• Истина «...отражает стремление человека распознать Бога в разуме...» Это первое учение ориентирует нас в направлении вечной истины и источника истины.
• «Значения вечной истины притягательны как для интеллектуальной, так и для духовной природы смертного человека». Здесь интеллектуальный и духовный аспекты просто упомянуты вместе.
• «Истина является фундаментом науки и философии, представляя собой интеллектуальную основу религии». При невнимательном прочтении этого предложения истина представляется всего лишь интеллектуальной, однако фундамент науки и философии вовсе не обязательно должен обладать интеллектуальным характером науки и философии. Тем не менее, интересно видеть, что истина представлена как интеллектуальная основа религии. Начиная с Платона, истина рассматривалась как интеллектуальная, а не духовная категория; несмотря на то, что это стало однобокой традицией западной философии, здесь есть рациональное зерно.
• «Восприятие истинных отношений предполагает наличие разума, способного отличать истину от заблуждения. Посвященческий Дух Истины, проникающий в разум людей Урантии, безошибочно реагирует на истину — живую духовную связь всех вещей и существ, координированных в вечном восхождении к Богу». Эта цитата позволяет нам увидеть, что Дух Истины имеет отношение не только к тому, что мы могли бы (однобоко?) назвать духовной истиной, поскольку необходимо учитывать динамику всех вещей и существ. Данное здесь же «определение» истины потрясает: «Вечная истина — [это] особое служение Райских Сынов, которые не только посвящают себя смертным расам, но даже изливают на все народы свой Дух Истины».
• «Значения истины суть отражения вечного слова Божества в смертном интеллекте — постижение высших понятий во времени и пространстве». Здесь опять делается акцент на интеллектуальном аспекте значения, мышлении, однако слово «понятие» напоминает, что мы имеем дело не просто с идеей, ибо понятия отличаются духовным аспектом:

«Истина невозмутима — вечно свободная от любых мимолетных превратностей, но никогда не увядающая, не выхолощенная, остающаяся неизменно трепетной и гибкой — лучезарно живой. Но когда истина соединяется с фактом, то как время, так и пространство обусловливают ее значения и коррелируют ее ценности. Такие реальности истины, соединенной с фактом, становятся представлениями и, соответственно, переходят в область относительных космических реальностей» (1297:4).

• В поисках истины человек «...всё более погружается в эмпирическое изучение философии...» Философия выходит за рамки абстрактной интеллектуальной дисциплины, обретая все более эмпирический характер по мере того, как мы реализуем ее уроки на практике, обдумываем приобретенный опыт и все больше уходим от веры, приближаясь к богосознанию.

Уроки мысли в Части III

Строить модели на основе материала, собранного из различных абзацев Книги Урантии, - дело рискованное, однако следующий вариант может быть полезным: на всех уровнях мышление протекает от интуиции - через рассуждение - к мудрости. Посмотрите на следующие доводы и сделайте собственные выводы:
1. Сначала обратите внимание на то, что «суждение», «логика» и «вера» используются для обозначения различных уровней:
«Суждение есть акт признания выводов сознания в отношении опыта физического мира энергии и вещества и причастности к этому миру. Вера есть акт признания обоснованности духовного сознания — сущности, которая не имеет других смертных доказательств. Логика есть синтетическое развитие единства веры и суждения в поисках истины, основанное на принципиальных интеллектуальных свойствах смертных существ, внутреннем осознании вещей, значений и ценностей» (1139:5).
2. Теперь заметьте, что «интуиция» и «суждение» используются для обозначения различных аспектов активности в пределах одного и того же уровня:
«И так же, как материальный интуитивный инстинкт в процессе земной эволюции предшествует появлению разумного [то есть, основанного на суждениях – прим. пер.] знания, так проявление интуитивной духовной проницательности предшествует последующему появлению моронтийного и духовного разума и опыта...» (1138:0).
3. После этого посмотрите на трехчастную последовательность духовной активации –интуиция, суждение, мудрость:
«Проницательность веры, или духовная интуиция, есть способность, которой космический разум наделяет человека вместе с Настройщиком Сознания, — даром Отца. Духовным разумом — интеллектом души — наделяет Святой Дух, дар Созидательного Духа человеку. Духовной философией — мудростью реальностей духа — наделяет Дух Истины, совместный дар посвященческих Сынов человеческим детям. Координация и взаимосвязь этих духовных способностей образуют духовную личность человека в ее потенциальной судьбе» (1108:1).
Замечание о координации и взаимосвязи имеет принципиальное значение, поскольку иногда мы не можем просто начать с интуиции, вне логического суждения и мудрости. Позволю себе предложить следующее объяснение. Ясные и последовательные шаги предельно логичны: начать с интуиции, затем воспользоваться суждением и прийти к умозаключению, после чего синтезировать аспект мудрости, интегрируя другие релевантные проявления интуиции и другие умозаключения. Однако, фактически нам часто приходится пользоваться суждением для обострения интуиции, а использование суждения привлекает подспудную мудрость с ее представлениями относительно того, что является релевантным и вероятным. Другими словами, извлекаемый из последовательности на с. 1108 урок состоит в том, что она не должна восприниматься догматически в качестве временной последовательности.
Раздел о космическом разуме 191-92) описывает явление, которое автор на каждом уровне называет интуицией. Ввиду того что интуиция может обостряться, она должна быть определена таким образом, чтобы освободить место для роста и превращения в проницательность. Для того чтобы интуиция эволюционировала от восприятия к физике, требуется суждение. Для осознания долга требуется проявление мудрости.
Книга Урантии дает примеры этих трех функций на каждом уровне.

I. Интуиция, суждение и мудрость на материальном уровне

i. Простая интуиция:
«Дух интуиции — быстрота восприятия, примитивные физические и врожденные рефлекторные инстинкты, ориентация в пространстве и иные свойства самосохранения, характерные для всех разумных созданий; единственный из вспомогательных духов, действующий в таком масштабе в низших категориях животной жизни, и единственный, устанавливающий широкую функциональную связь с необучаемыми уровнями механического разума» (402:3).

ii. Описанное, подразумеваемое в описании и прикладное суждение:
«Уже в глубокой древности дикарь заметил, что расовое смешение повышает качество потомства, — не потому, что эндогамия всегда приводила к плохим последствиям, а потому, что экзогамия всегда давала сравнительно лучшие результаты. Поэтому нравы стремились закрепить ограничения на половые отношения между близкими родственниками. Было признано, что экзогамия чрезвычайно повышает селективные возможности эволюционного варьирования и развития. Появившиеся в результате таких связей индивидуумы были более разносторонними и обладали большей способностью к выживанию во враждебном окружении; сторонники эндогамии, как и их нравы, постепенно исчезли. Этот процесс был медленным; дикарь не задумывался о таких проблемах, в отличие от более поздних и прогрессирующих народов, которые, к тому же, заметили, что общая слабость иногда является следствием чрезмерного количества браков между близкими родственниками.
В то время как при наличии хорошей наследственности результатом эндогамии иногда было укрепление сильных племен, красноречивые случаи печальных последствий эндогамии наследственно неполноценных людей оказывали более сильное воздействие на сознание человека. Поэтому формирование нравов сопровождалось появлением всё новых табу, запрещавших любые браки между близкими родственниками» (918:1-2).
«К тому времени, когда Андроновер достиг максимальной массы, гравитационный контроль газообразного содержимого стал ослабляться, и наступила стадия высвобождения газа, в течение которой газ устремился вовне двумя гигантскими и четко оформленными рукавами, образовавшимися на противоположных сторонах материнской массы. Быстрое вращение громадного центрального ядра вскоре придало двум простирающимся газовым потокам вид спирали. Охлаждение и последующее сжатие частей этих простертых рукавов привели к появлению узлов. Такие более плотные участки представляли собой огромные системы и подсистемы физического вещества, кружащиеся в пространстве посреди газового облака туманности и прочно удерживаемые гравитационным охватом породившего их диска» (653:3).
«Институциональная религия неспособна стать вдохновителем и руководителем этого надвигающегося всемирного социального переустройства и экономической реорганизации, ибо, к сожалению, она — в большей или меньшей степени — стала органической частью социально-экономической системы, которой суждено быть преобразованной» (1087:4).

iii. Мудрость:
«Наука становится областью мысли, охватывающей вопросы математики, энергии и материи во времени и пространстве. Религия включает в свою сферу не только конечный и временный дух, но также дух вечности и верховности. Только благодаря воздействию длительного опыта моты два этих противоположных восприятия вселенной могут прийти к аналогичным интерпретациям причин, функций, отношений, реальностей и целей» (1139:4).

II. Интеллектуальная интуиция, суждение и мудрость

i. Интуиция:
Любое понимание любой простой идеи иллюстрирует эту функцию.

ii. Отсутствие суждения и хорошее суждение:
«Ты смущен, Фома, доктринами греков и ложными представлениями персов. Ты не понимаешь взаимоотношений зла и греха, ибо в твоем понимании человечество началось на земле с совершенного Адама и, в силу своей греховности, быстро деградировало до нынешнего плачевного состояния. Но почему ты отказываешься понять смысл повествования, рассказывающего о том, как Каин, сын Адама, отправился в землю Нода, где нашел себе жену? И почему ты отказываешься истолковать смысл того повествования, где говорится о сынах Божьих, берущих себе в жены дочерей человеческих?» (1660:6)
«Иисус справедливо рассудил, что забота о семье его земного отца должна быть его первоочередным долгом, что поддержка семьи должна стать его главной обязанностью» (1389:8).

Предпосылки логических суждений у Иисуса:
«Иисус внимательно и участливо выслушал их предложение — вначале от отца Ревекки, затем от нее самой. В своем мягком ответе он сказал, что никакие деньги не смогут выполнить вместо него его обязанность — самому поднять семью его отца, «выполнить самый святой человеческий долг — быть верным своей семье» (1403:1).
«Иисус быстро становится мужчиной — не просто юношей, а взрослым человеком. Он хорошо научился нести бремя ответственности. Он умеет не падать духом при разочарованиях. Он стойко держится, когда его планы расстраиваются, а замыслы временно срываются. Он научился быть честным и справедливым даже перед лицом несправедливости. Он учится приспосабливать свои идеалы духовной жизни к практическим требованиям земного бытия. Он учится планировать достижение более высокой и отдаленной идеалистической цели — и одновременно он упорно трудится для достижения ближайшей и непосредственной цели, определяемой необходимостью. Он планомерно осваивает искусство приспособления своих устремлений к обыкновенным потребностям человеческой жизни. Он почти уже в совершенстве овладел методом использования энергии духовного побуждения для приведения в действие механизма материального достижения. Он постепенно учится жить небесной жизнью и продолжать свое земное существование. Он всё больше зависит от высшего руководства своего Отца и одновременно берет на себя отеческую роль наставника детей своей земной семьи. Он накапливает всё больше опыта в искусстве вырывать победу, находясь на грани поражения. Он учится превращать трудности времени в триумфы вечности» (1405:4).

iii. Мудрость:
«Концептуальное постижение троичного объединения Отца, Сына и Духа подготавливает человеческий разум к последующему восприятию некоторых других тройственных отношений. Теологический подход может полностью удовлетворяться концепцией Райской Троицы, но философский и космологический подходы требуют осознания других триединых ассоциаций Первого Источника и Центра, тех триединств, в которых Бесконечное функционирует в различных универсально проявляемых, не присущих Отцу качествах, — отношениях Бога силы, энергии, причинности, реакции, потенциальности, актуальности, гравитации, напряжения, модели, принципа и единства» (1146:2).

III. Духовная интуиция, суждение и мудрость

i. Постижение духовной истины при помощи веры иллюстрирует действие духовной интуиции.

ii. Духовное суждение – высокий образец того, чему мы должны стремиться следовать здесь:
«Хотя От Века Древние и лишены личного присутствия вышестоящих Главных Духов и нижестоящих Сынов-Создателей, в их распоряжении находятся живые существа, которые настроены на космические механизмы, обеспечивающие предельную точность и совершенство отражения; благодаря им От Века Древние могут пользоваться отражательным присутствием всех возвышенных существ, личного присутствия которых они лишены. Благодаря этим, а также другим, неизвестным вам средствам, Бог потенциально присутствует в столичных мирах сверхвселенных».
«Соотнося молниеносное восприятие поступающего свыше голоса Духа и поступающего снизу голоса Михаила, От Века Древние в совершенстве определяют волю Отца. Это позволяет им с непогрешимой точностью устанавливать волю Отца в вопросах, касающихся управления локальными вселенными» (309:3-4).

iii. Мудрость:
«Душа Философии. Эти восхитительные учителя также прикреплены к Воспитателям Мудрости и при отсутствии иных указаний поддерживают фокусную синхронность с учителями философии в Раю. Представьте себе, что вы подошли к огромному и как бы живому зеркалу, но вместо отражения своей конечной и смертной оболочки видите отраженную мудрость божественности и философию Рая. И если желательно «инкарнировать» эту философию совершенства, так адаптировать ее, чтобы ее могли использовать на практике и усвоить скромные народы низших миров, то этим живым зеркалам достаточно только направить свои поверхности вниз, чтобы отразить критерии и потребности еще одного мира или вселенной» (311:3).
«...высшее постижение и наиболее истинное толкование золотого правила состоит в осознании духа той истины, которая заключена в вечной живой реальности такого божественного заявления. Истинное космическое значение этого правила всеобщих взаимоотношений раскрывается только в его духовном постижении, в толковании закона поведения духом Сына духу Отца, пребывающему в душе смертного человека. И когда такие ведомые духом смертные постигают истинное значение этого золотого правила, они исполняются уверенностью в том, что являются гражданами дружественной вселенной, и их идеалы духовной реальности удовлетворяются только тогда, когда они любят своих собратьев так, как любил их Иисус; в этом и заключается реальность постижения Божьей любви» (1950:3).
В Части III уроки также содержатся в рассказе о развитии научного метода. Мы видим в Носителях Жизни (составивших первые девять документов Части III) проницательных и систематических наблюдателей, а также блестящих, эстетически чутких рассказчиков. Ниже дана подборка характерных особенностей науки, составленная на материале всей книги; все эти свойства могут использоваться нами:

• Уверенность в человеческой способности понимать
• Дух любознательности и вкус к решению проблем
• Сосредоточенность и терпеливость
• Знающий и организованный разум
• Методичность
• Непредубежденность по отношению к новых космическим открытиям
• Сотрудничество с более широким сообществом исследователей
• Человеческая чувствительность к неспособности статистических обобщений относительно некоторой группы людей проникнуть в глубину тайны и бесконечную ценность индивидуальной личности
• Смелость, необходимая для обсуждения непопулярных тем
• Скромность – отсутствие высокомерия относительно собственного постижения фактов или владения современными математическими выражениями.

Хотя «первобытный человек думал только тогда, когда был голоден» (765:2), его мышление имело как минимум целенаправленный характер. Примитивная религия содержит две более высоких тенденции, расцвет которых отодвигает ее в прошлое: истинную религию и науку. На ранних стадиях религиозного развития (документы 86 и 87) подчеркивается потребность в более адекватной науке; в последующих документах (88 и 89) отмечается потребность в более адекватной религии. Предрассудки и магические попытки предсказать будущее и управлять им с помощью волшебства предвосхищают наступление научной эры (972:6,8).
«Рано или поздно исследование явлений жизни искоренит веру человека в случай, везение и так называемые случайности, заменив их вселенной закона и порядка, где всякому следствию предшествует определенная причина. Так на смену страху существования приходит радость жизни» (951:7).
Этот отрывок примечателен той важной ролью, которая отводится науке в освобождении человеческого разума от страха. Многие популярные современные писатели считают, что заслуга в этом достижении целиком принадлежит религии.
«Деперсонализация так называемых природных явлений продолжается веками и до сих пор не доведена до конца. Однако искренний, честный и бесстрашный поиск истинных причин породил современную науку...» (901:9).
Вводится важное понятие научного действия: «Научное знание, ведущее к научно обоснованным действиям, является единственным средством от так называемых злоключений» (957:1). Нам сообщают о достоинствах научного метода:
«Человечество прогрессирует от магии к науке не с помощью медитаций и рассуждений, а скорее за счет длительного опыта, постепенно и мучительно. Человек медленно пятится к истине, начиная с ошибок, продолжая ошибками и, наконец, достигая порога истины. Только с появлением научных методов он обращается лицом вперед. Однако первобытному человеку предстояло экспериментировать или погибнуть» (970:8).
«Половина человечества рвется к свету истины и открываемым наукой фактам, в то время как другая половина томится в объятиях древних суеверий и лишь слегка замаскированной магии» (973:1). «Только факты и истина стремятся к яркому свету понимания; только они приветствуют образование и просвещение, к которым ведут научные изыскания» (992:1; ср. «Огромное противоречие современного общества заключается в том, что оно превозносит любовь и идеализирует брак, одновременно осуждая исчерпывающее изучение и того, и другого» (929:3).
Научное знание – одно из пятнадцати основных признаков цивилизации (907:5-7). От него зависит материальный прогресс; «знание – сила». «Кроме того, наука упрочивает философию за счет устранения ложных представлений и очищает религию через разоблачение суеверий».
«По своей природе человек стремится верить в то, что считает лучшим для себя, с чем связаны его непосредственные или отдаленные интересы; личный интерес в значительной мере затмевает логику» (951:6; ср. предупреждение относительно общественного мнения, 802:1).
Человеческий интеллект изображается в качестве дедуктивной системы: «Страх смертного человека наполнил это иллюзорное и невежественное допущение всеми последующими суевериями и всей религией первобытных народов.» (955:8).
«Язык является важнейшим и самым полезным орудием человеческой мысли...» (908:6).
Обратите внимание на качества и деятельность разума, которые в своей совокупности способствовали героической стойкости Вана:
«Духовная проницательность и моральная стойкость, позволившие Вану продемонстрировать столь непоколебимую верность вселенскому правительству, являлись результатом ясного мышления, мудрых рассуждений, логических умозаключений, искренней мотивации, бескорыстной цели, разумной лояльности, эмпирической памяти, дисциплинированного характера и безусловной личностной преданности исполнению воли Райского Отца».
«Эти семь лет ожидания были временем самоанализа и самодисциплины. В делах вселенной такие кризисы демонстрируют колоссальную силу разума как фактор духовного выбора. Большинство жизненно важных решений любого нравственного эволюционного создания определяется образованием, воспитанием и опытом. Однако внутренний дух обладает всеми возможностями для установления прямого контакта с такими способностями человеческой личности, которые обусловливают твердость характера, позволяя всецело посвященной воле создания совершать поразительные акты преданности воле и пути Райского Отца» (67:3, 756:7).

Уроки мышления в Части IV
Один из наиболее утешительных уроков мысли содержится в следующем заверении: «Если ваш собственный разум плохо вам служит, вы можете поменять его на разум Иисуса Назарянина, который никогда вас не подведет» (553:7). Часть IV дает нам беспримерную возможность узнать Учителя, подружиться с ним, познакомиться с его разумом.

Сосредоточение всех возможностей личности
Если бы мне предложили выбрать один-единственный урок мысли, то им был бы следующий:
«Иисус обладал способностью направлять все свои умственные, душевные и физические силы на решение непосредственной задачи. Он умел сосредоточивать свой глубокий ум на той проблеме, которую он стремился решить, и это, в сочетании с его неистощимым терпением, позволяло ему невозмутимо переносить тяготы трудного смертного существования — жить так, как если бы он «видел Невидимого» (1400:7).

Действие может (не) приводить к успеху
Иисус не хотел, чтобы мы погружались в религию самоанализа, и его единственный урок на эту тему был дан после унизительного поражения; однако наставление, данное в негативном ключе, может быть превращено в позитивное:
«Та цель, которую вы преследовали и в достижении которой потерпели столь полное поражение, не была чистой. Ваше побуждение не было божественным. Ваш идеал не был духовным. Ваше желание не было бескорыстным. Ваше действие не было основано на любви, и вашей целью не было исполнение воли небесного Отца» (1758:5).
Этот урок превращает то, что обычно представляется как нечто простое (цель), в прекрасно сформулированную концепцию, преисполненную идеями, которые мы можем использовать в своем индивидуальном развитии. Время от времени книга предлагает другие, столь же изумительные объяснения. Мы часто слышим о милосердии и прощении, однако в наилучшем виде эти понятия раскрываются в соответствующих наставлениях (1762). Мы часто слышим о решительности при решении проблем, однако понятие космической стойкости объясняется в отрывке о постепенном изменении отношения [к трудностям у восходящих паломников] (291:3). Таким же образом, уроки о молитве предлагают основополагающую идею систематического мышления для практического решения проблем (1002).

Собирайте информацию и организуйте ее для служения
Что может быть более полезным, чем следующая практическая установка, помогающая справляться с перегрузками, присущими информационному веку?
«Ребенком он приобрел огромный запас знаний. Юношей он разобрал, классифицировал и сопоставил эту информацию. И теперь, став взрослым человеком этого мира, он приступает к организации данного интеллектуального достояния перед тем, как использовать его в своем последующем учении, водительстве и служении...» (1405:6)

Интенсивно учиться
«В капернаумской синагоге он обнаружил много новых книг, хранившихся в библиотечных сундуках, и как минимум пять вечеров в неделю он проводил в интенсивных занятиях.» (1420:6) В этот период, в ожидании перехода к активной общественной проповеди, два вечера в неделю Иисус и семь его соратников проводили в синагоге, изучая священные книги иудеев» (137:7, 1535:6). Соответствуют ли наши учебные группы подразумеваемому здесь стандарту?

Гармоничность разума
«Глубокая философия должна сменяться ритмической поэзией».
«Молитва есть напоминание о себе — возвышенное мышление; поклонение есть забвение себя — сверхмышление» (1616:5,9).

Разум как [космическая] арена выбора
«Моральные ценности вселенной становятся интеллектуальным достоянием за счет использования трех основных суждений, трех типов выбора, осуществляемого смертным разумом:
1. Суждение о себе — моральный выбор.
2. Суждение об обществе — этический выбор.
3. Суждение о Боге — религиозный выбор» (2094:10-13).
Предположительно, нравственное поведение имеет отношение с индивидуальными критериями, в то время как этика есть применение этих критериев в групповом и институциональном контекстах.

Подготовка и принятие великих решений
Получив высшее освящение и официально приступив к общественному служению, Иисус удаляется для того, чтобы сформулировать великие решения, которыми он будет руководствоваться в своем служении.
Первое, что сделал Иисус – после того как он продумал общий план согласования своей программы с движением Иоанна – был анализ наставлений Эммануила:
«Это было время размышлений обо всём насыщенном разнообразными событиями пути, пройденном в течение посвящения на Урантии, и тщательного составления тех планов дальнейшего служения, которые могли бы оказать наибольшую пользу этому миру и одновременно способствовать улучшению всех сфер, изолированных из-за восстания. Мысль Иисуса охватила всю эпоху существования человека на Урантии — от Андона и Фонты до проступка Адама и, далее, до служения Мелхиседека Салимского» (1514:3,6).
Анализ успехов и неудач эпохальных откровений на нашей планете принесет нам ощутимую пользу, ибо каждый усвоенный урок поможет нам с большим успехом претворять пятое эпохальное откровение.

Непосредственность после достижения великих решений
Идеал мышления – в том, чтобы не быть постоянно погруженными в мысли. Мы склонны уделять мышлению слишком много внимания. Скорее, идеал заключается в непосредственности, которая проистекает из острого ощущения настоящего момента в сочетании с глубокой и подлинной убежденностью – подобно той, которая была выражена Иисусом в его великих решениях:
«Казалось, что большинство действительно великих вещей, сказанных и сделанных Иисусом, были как бы случайными, совершенными «мимоходом». В земном служении Учителя было так мало от профессиональных методов, четких планов или заранее определенных действий. Проходя по жизни, он раздавал здоровье и рассыпал счастье естественно и благодатно. Буквальна истина о том, что «он ходил, творя добро» (1875:4).

Философские учения
Если начинать заново формулировать философские учения книги, (счастливого) конца этому не видать. Тем не менее, можно выделить некоторые философские отрывки из Части IV: «Беседа о реальности» 1433-36); «Истина и вера» 1459-60); «Беседа о науке» 1476-77); «Беседа о разуме» 1479-80); «Правило жизни» 1650-51); «Материализм» и «Уязвимость материализма» 2076-80).

Общение с различными типами разума
«Вам не нужно одинаково видеть, одинаково чувствовать или даже одинаково думать, чтобы быть одинаковыми духовно» (1591:6).
«Каждый из преподавателей-апостолов учил своему собственному пониманию евангелия царства. Они не пытались учить одинаково; не существовало стандартной или догматической формулировки теологических доктрин. Хотя все они учили одной и той же истине, каждый из апостолов предлагал личное толкование учения Иисуса. И Учитель поощрял эту практику изложения разнообразного личного опыта в отношении царства, неизменно согласовывая многообразие взглядов на евангелие во время своих еженедельных вечеров вопросов и ответов» (1658:1).
«Во второй вечер их пребывания в Геннисарете Учитель вновь рассказал апостолам притчу о сеятеле и добавил: «Вот видите, дети мои, взывание к человеческим чувствам эфемерно и ведет только к разочарованиям; взывание к одному только интеллекту — занятие столь же пустое и бесплодное; только взывая к духу, живущему в разуме человека, вы можете надеяться добиться прочного успеха в достижении удивительных преобразований человеческого характера, которые сразу же проявляются обильным урожаем подлинных духовных плодов в повседневной жизни всех, кто тем самым освобождается от тьмы сомнения через рождение духа в свет веры — царство небесное».
«Иисус учил обращаться к чувствам как методу привлечения и сосредоточения внимания интеллекта. Он называл такой пробужденный и оживленный разум вратами души: здесь пребывает духовная природа человека, и для того, чтобы принести надежный результат, — подлинное преобразование характера, — эта духовная сущность должна распознать истину и ответить на духовный призыв евангелия» (1705:3,4).
«Всегда уважайте личность человека. Никогда не следует добиваться праведных целей силой; духовные победы достигаются только за счет духовного могущества. Это предписание — не пользоваться материальными воздействиями — касается как физической, так и психической силы. Подавляющие аргументы и умственное превосходство не должны использоваться для принуждения мужчин и женщин к вступлению в царство. Не следует сокрушать человеческий разум одной только убедительностью логики или держать его в благоговейном страхе изощренным красноречием. Хотя невозможно полностью исключить эмоции как фактор в принятии людьми решений, тем, кто стремится способствовать делу царства, не следует прямо апеллировать к эмоциям в своих учениях. Обращайтесь непосредственно к божественному духу, пребывающему в разуме людей. Не взывайте к страху, жалости или одним только чувствам. Обращаясь к людям, будьте честны; проявляйте самообладание и должную сдержанность; демонстрируйте надлежащее уважение к личностям своих учеников. Помните мои слова: «Смотри, я стою у двери и стучусь, и если кто отворит дверь, я войду» (1765:4)

Не думайте слишком много
Чрезмерный интеллектуализм сковывает индивидуумов и учебные группы. Полезно дополнять изучение уроков мысли следующими уравновешивающими цитатами:
«Поэтому поклонение есть акт материального разума, который под водительством связанного с ним духа подчиняется попытке одухотворяющегося «я» вступить в общение с Богом в качестве вероисповедного сына Всеобщего Отца. Смертный разум уступает поклонению; бессмертная душа жаждет и инициирует поклонение; присутствие божественного Настройщика руководит таким поклонением от имени смертного разума и эволюционирующей бессмертной души» (66:4).
«Пусть возвышенное знание земной жизни Иисуса Назарянина проникнет в ваши сердца, но оставьте напрасные рассуждения о механизме таинственной инкарнации Михаила Небадонского. Возрадуемся же знанию и уверенности в том, что подобные достижения во власти божественной природы, и не будем тратить понапрасну время на тщетные догадки о методе, при помощи которого божественная мудрость совершает это» (228:5).
«Таким же неизбежным, как наличие у людей общей веры, является создание некоторой религиозной группы, объединенной общими целями. Когда-нибудь верующие соберутся вместе и действительно начнут сотрудничать, исходя из единства идеалов и намерений, вместо того, чтобы пытаться добиться этого, исходя из психологических мнений и теологических взглядов. Верующих людей должны объединять не символы веры, а цели. Ввиду того, что истинная религия является делом личного духовного опыта, каждый отдельный верующий неизбежно будет иметь свое собственное и индивидуальное толкование реализации этого духовного опыта. Пусть термин «вера» будет обозначать отношение индивидуума к Богу, а не догматические формулировки того, о чем некоторые группы смертных смогли договориться как об общем религиозном воззрении. «Ты имеешь веру? Имей ее в себе» (1091:6).
То, что вера имеет отношение только к постижению идеальных ценностей, показано в новозаветном определении, заявляющем, что вера является сутью того, на что мы возлагаем надежды, и свидетельством того, чего мы не видим.
«Первобытный человек мало стремился к тому, чтобы передать свои религиозные убеждения словами. Его религия выражалась больше в танце, чем в мысли. Современные люди придумали множество символов веры и создали многочисленные испытания религиозной веры. Верующие люди будущего должны жить религиозной жизнью, всецело посвящать себя служению братству людей. Человеку давно пора приобрести религиозный опыт столь личный и столь возвышенный, чтобы его можно было реализовать и выразить только «чувствами, слишком глубокими для слов».
«Иисус не требовал от своих последователей, чтобы они периодически собирались для церемониального произнесения слов, демонстрирующих общую веру. Он наказывал им собираться вместе только для того, чтобы действительно сделать нечто, — принять участие в общем ужине в память о его посвященческой жизни на Урантии» (1091:8-9).
«Интеллектуальные факторы религии важны, но порой их чрезмерное развитие — не менее ограничивающий и сдерживающий фактор. Религия должна постоянно трудиться в условиях вынужденного парадокса: необходимости эффективно использовать мысль и в то же время сомневаться в духовной пользе всякого мышления».
«Религиозные спекуляции неизбежны, однако всегда пагубны. Спекуляция неизменно фальсифицирует свой объект. Спекуляция стремится превратить религию в нечто материальное или гуманистическое и таким образом, путем прямого вмешательства в ясность логической мысли, косвенно заставляет религию предстать в качестве функции бренного мира — того самого мира, которому она должна служить вечным противопоставлением. Поэтому религия всегда будет характеризоваться парадоксами, причина которых заключается в отсутствии эмпирической связи между материальными и духовными уровнями вселенной — моронтийной моты, сверхфилософской восприимчивости к распознаванию истины и ощущению единства» (1121:3,4).
«И она была уже готова просить у Учителя непосредственной и личной помощи, когда она совершила то, что совершали столь многие до и после нее, уходя от вопроса о личном спасении и обращаясь к обсуждению теологии и философии. Она быстро перевела разговор со своих собственных нужд на теологические споры (1613:3).
«Молитва призвана сделать человека менее думающим, но более осознающим; она должна не увеличивать знание, а, скорее, расширять проницательность» (1616:6).
«Религия цивилизации. Прогрессирующие религиозные представления и обычаи цивилизованных рас — рассудочная религия — рациональная теология, которая строится на авторитете сложившейся религиозной традиции» (1728:6).
«Иисус хорошо понимал, что Бога можно познать только посредством эмпирической реальности; его никогда не понять только умозрительно. Иисус учил своих апостолов, что хотя они никогда не могли бы до конца понять Бога, они наверняка могли бы познать его, как они познали Сына Человеческого. Вы можете познать Бога не за счет понимания того, что говорил Иисус, а благодаря познанию того, чем он являлся. Иисус являлся откровением Бога» (1856:2).
«Учреждая эту поминальную трапезу, Учитель, по своему обыкновению, прибегнул к притчам и символам. Он воспользовался символами, поскольку он хотел раскрыть некоторые великие духовные истины так, чтобы его последователям было трудно приписать его словам строго определенные толкования и точный смысл. Таким образом он стремился не дать последующим поколениям выхолостить его учение и сковать его духовные значения мертвыми цепями традиции и догмы. Учреждая единственную церемонию причастия, связанную со всей миссией его жизни, Иисус всячески старался подсказать значения, не связывая себя точными определениями. Он не желал уничтожать индивидуальное представление о божественном общении, учреждая точную форму; не желал он и ограничивать духовное воображение верующего, стесняя его формальностями. Наоборот, он пытался придать возрожденной душе человека радостные крылья новой и спасительной духовной свободы» (1942:3).
«Таким образом, мы должны ясно видеть, что ни золотое правило, ни учение о непротивлении не могут быть правильно поняты в виде догм или предписаний. Их можно понять, только проживая их, постигая их значения в живом толковании Духа Истины, который управляет любвеобильным общением одного человека с другим» (1950:6).
«Истина зачастую ставит в тупик и даже вводит в заблуждение, если она расчленяется, изолируется и подвергается чрезмерному анализу. Живая истина правильно учит искателя истины только тогда, когда она рассматривается в целом, как живая духовная реальность, а не как факт материальной науки или источник вдохновения для занимающего промежуточное положение искусства» (2075:5).